• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Российские предприятия в глобальной экономике» – проект, который продолжается

В 2018 году ИАПР запустил уже 4-й раунд проекта мониторинга конкурентоспособности предприятий обрабатывающей промышленности. Впервые мониторинг компаний проводился  в 2005 году в кооперации с Мировым Банком. Второй раунд – в 2009 году совместно с Министерством экономического развития, а в 2014 году – проект уже был только вышкинский и делался на средства программы фундаментальных исследований. Таким образом, мониторинг предприятий  осуществляется с интервалом один раз в четыре года.  Мы поговорили с научным сотрудником ИАПР Голиковой Викторией и узнали о специфике проекта, проведении опроса в разные годы и полученных результатах.

Проект нацелен на исследование экономического поведения и различных аспектов конкурентоспособсности предприятий обрабатывающей промышленности.  В качестве респондентов выступают представители предприятий всех размерных категорий –   малых, и средних, и крупных. Только  однажды,  в 2009 году по ряду причин мы исключили из списка обследования малые предприятия, но уже в 2014 мы вернулись к прежнему сценарию. Что касается инструментария, то можно сказать, что он состоит из двух основных частей:  одна часть – это мониторинговая, где мы задаем нашим респондентам (а это топ-менеджеры предприятий)вопросы все время в одной и той же формулировке и относительно одних и тех же предметных областей, что, собственно говоря, и позволяет отслеживать изменения во времени. Вторая часть – более свободная, в которую мы добавляем те или иные вопросы, которые характеризуют экономическую или социально-политическую ситуацию конкретного периода времени, что позволяет  выявить отношение руководителей предприятий  к тем или иным актуальным вопросам. В частности, когда мы проводили  опрос в 2009 году, то это были вопросы, касающиеся последствий финансово-экономического кризиса 2008-2009 годов, в опросе 2014 года – закономерно появились вопросы про экономические санкции, которые как раз тогда были введены впервые. В 2018 году мы уже спрашивали про последствия санкционного режима, то есть, как и в какой степени предприятия приспособились к работе в новых геополитических условиях. Кроме того, изменилась сама концепция формирования инструментария:  в связи с тем, что анкета для опроса формировалась как коллективный продукт различных стейкхолдеров, то соответственно появились и более подробные разделы, относящиеся к труду, государственным закупкам и различного рода экспериментальные вопросы из сферы политической экономики. Это, с одной стороны, расширяет тематику опроса  и добавляет ему определенную новизну, но с другой – фокус на конкурентоспособность, с моей точки зрения, размывается:  можно какие-то «интересные» вещи и новые тенденции развития предприятий уловить, но углубиться в тематику конкурентоспособности  возможности нет, поскольку рамки опроса достаточно жесткие – анкета не может содержать более 150 вопросов, так как средняя продолжительность интервью должна укладываться в 45-60 минут. .

Говоря о формировании анкеты для проведения опроса предприятий, стоит особенно отметить обследование 2014 года, так как оно отличалось от двух предыдущих раундов. Мы сделали попытку провести мониторинг, придерживаясь инструментария проекта «Европейские предприятия в глобальной экономике». Данное исследование охватывало 7 стран, проводил его «think tank» BRUEGEL, который находится в Брюсселе. Полевые работы для них проводила международная компания GFK. Когда я впервые узнала, что такое исследование проводится, меня это очень заинтересовало – тот же фокус, тот  же объект – предприятия обрабатывающей промышленности.  Возникла идея попытаться осуществить сравнительное исследование с тем, чтобы можно было позиционировать российские предприятия относительно европейских, то есть сделать своего рода «banchmark». Поэтому мы взяли за основу европейскую анкету, но при этом сохранили наши базовые мониторинговые вопросы и добавили вопрос о санкциях. Единственное, что европейское исследование по этому инструментарию проходило в 2010 году, а наше обследование датировано 2014 годом, поэтому во всех наших публикациях, которые вышли на основании сопоставления данных двух опросов,  мы подчеркиваем, что  у нас есть временной лаг и что в этот период что-то могло происходить, что могло повлиять на поведение предприятий. Вместе с  тем по ряду причин,  мне кажется, что это был очень полезный для нас опыт. Во-первых, это долгоиграющие данные, с которыми можно работать на протяжении длительного периода времени. Во-вторых, это расширило возможности международного сотрудничества:  мы увидели исследователей, которые работают с этими данными, и более того, некоторые из них заинтересованы в том, чтобы включить Россию в орбиту своих исследований и проводить анализ уже с использованием российских данных.

Кроме того, как оказалось, мы были не единственной страной, которая заинтересовалась этим европейским обследованием.  В том же 2014 году, базируясь на инструментарии все того же европейского исследования, ученые из Варшавского университета и  Академии наук Польши, провели аналогичное обследование в своей стране. В январе прошлого года так счастливо сложились обстоятельства, что мы встретились с ученым из польской исследовательской группы – Гжегошем  Чореком, который отвечал за проведение обследования.  Нам удалось договориться, что на основании двух наших национальных обследований мы создадим единую российско-польскую базу данных, объединив их по тем вопросам, которые в обеих анкетах сформулированы идентично. В настоящий момент эта база уже создана. Большое спасибо Уваровой Ольге Михайловне, которая очень помогла  в формировании этой базы. Это потребовало нескольких месяцев достаточно кропотливой работы, в основном связанной с тем, что качество польских данных, к сожалению, было не всегда на высоте и поэтому, нам довольно много пришлось перепроверять, используя дополнительные источники информации и постоянно контактируя с польскими исследователями. Однако база, которая в итоге получилась, на мой взгляд,   достаточно хорошего качества. На этой совместной базе было представлено два доклада на конференции EACES, которая прошла в Варшаве в 2018 году. Для того, чтобы появились дополнительные возможности для анализа, мы дополнили созданную базу информацией, касающейся географических характеристик (месторасположение предприятий).

В прошлом году  в ходе переговоров мы урегулировали правовой статус этой базы, и сейчас российско-польская база находится в совместной собственности. Поскольку между ВШЭ и Варшавским университетом, начиная с 2002 г. действует  соглашение о сотрудничестве в различных областях, в т.ч. и в проведении исследований (текущее соглашение действительно  до 2022 года),, то наша совместная работа органично вписывается в эти рамки . Более того, в рамках этого общего соглашения мы намерены заключить соглашение конкретно между ИАПР и факультетом Варшавской школы экономики, что облегчит наше дальнейшее взаимодействие. Мы договорились и согласовали  единообразную формулировку ссылок на эту базу, чтобы она звучала во всех публикациях одинаково.

В целом, я могу сказать, что  у нас сложился достаточно успешный тандем. Наши  польские коллеги также запланировали на 2019 г. новый раунд мониторинга  конкурентоспособности своих предприятий. Для того, чтобы максимально скоординировать наши действия и расширить возможности для сравнительного анализа, мы перевели нашу анкету на английский язык и предоставили ее в их распоряжение.

Что касается 4-го раунда обследования российских предприятий, то всю вторую половину 2018 года  мы находились в стадии проведения  полевых работ, которые проводила международная компания ГФК-Русь в 60 регионах России. К концу года мы завершили опрос, собрав более 1700 интервью при запланированных  1600. Как водится, довольно сложно проходил опрос крупных предприятий, так как трудно договариваться с топ-менеджерами о встрече. К сожалению, от раунда к раунду добавляется и некоторый скептицизм наших респондентов относительно пользы для них от участия в такого рода опросах. К тому же, в  прошлом году были губернаторские выборы, что также осложнило рекрутинг респондентов. Нельзя не учитывать и  традиционный период летних отпусков, когда руководство многих предприятий оказалось недоступным. Тем не менее, компания ГФК, которая проводила для нас опрос, достаточно опытная: по нашему заказу специалисты компании проводили обследование предприятий и в 2014 году, поэтому все эти трудности им хорошо знакомы, и они оперативно на них реагировали. Изначально мы планировали провести обследование в  54 регионах, но в ряде регионов список возможных кандидатов для опроса  был исчерпан, так как часть предприятий уже была опрошена, а часть отказалась радикально. Поэтому единственная возможность, которая оставалась  - это добавлять новые регионы в пределах того же федерального округа и подключать новые локации. Это вполне возможно, и не является нарушением методологии формирования выборки, потому что согласно нашей методологии, исследование должно быть репрезентативно в разрезе отраслей обрабатывающей промышленности и в разрезе размерных групп предприятий. У нас нет жесткого требования, чтобы исследование было репрезентативно в разрезе региона. В противном случае мы должны были бы опрашивать не 1600 предприятий, а намного-намного больше, что невозможно не только для ВШЭ, но практически не для кого из исследовательских центров. Что еще можно добавить относительно выборки: она состоит из малых, средних  и крупных предприятий и  доля последних в опросе перепредставлена для того, чтобы сформировать достаточный размер этой группы для самостоятельного анализа, а затем с помощью статистических процедур перевзвешивания охарактеризовать тенденции по  обрабатывающей промышленности России в целом.

 К концу 2018 года база была собрана, в январе 2019 года была завершена процедура чистки и создания общих группировок для анализа.  В настоящее время база доступна для исследователей. Однако, на первых порах -  только для сотрудников ИАПР и тех стейкхолдеров из других подразделений НИУ ВШЭ, которые изначально изъявили свое желание принимать участие в этой работе. По истечении 2-х летнего эмбарго база появится в открытом доступе на сайте Института.

Первые результаты исследований с использованием результатов последнего раунда мониторинга будут обсуждаться на рабочем семинаре в НИУ ВШЭ, запланированном на 27 мая 2019 года.